Профессия гештальттерапевта относится к числу социономических. Как известно, это профессии типа «человек-человек», предполагающие постоянную работу с людьми и общение в ходе профессиональной деятельности. Человек, избравший сферу психологической помощи, неизбежно столкнется с необходимостью постоянно работать в двух планах осознавания и выбора: внутреннем и внешнем. Ему необходимо владеть навыком осознавания и понимания как себя, так и клиента и умением описать терапевтический процесс с позиции гештальтподхода.
Безусловно, подобный характер деятельности выдвигает определенные требования к личности психотерапевта и может приводить к негативным последствиям (Н.И. Олифирович, 2005):
— угрозе утратить идентичность и раствориться в клиентах;
— отрицательному воздействию на личную жизнь;
— возможности психических нарушений из-за постоянных столкновений с темными сторонами жизни и психической патологией.
Поэтому обучение и сертификация в гештальттерапии осуществляется по строгим стандартам. Экспертная оценка основных навыков и способностей гештальттерапевта включает в себя, среди прочих пунктов, следующие (И.Д. Булюбаш, 2015):
— осознавание терапевтом собственных чувств, их связи с поведением и реакциями клиента;
— осознавание своих личностных границ, свободное движение в системе «контакт-уход»;
— осознавание связи профессиональных проблем с личным материалом;
— осознавание собственного влияния на терапевтический процесс и терапевтическую систему в целом.
При этом, спецификой терапии является то, что профессионал работает собой, собственной личностью. Он выступает некоторой моделью для клиента. Для чего он может делиться опытом своей жизни, иллюстрируя «особенности человеческого опыта в разных ситуациях». Техника самораскрытия является одной из самых мощных и действенных, при уместном и своевременном ее применении. Чтобы делиться опытом, надо его приобрести и в ходе жизненного пути и психотерапевт будет сталкиваться с различного рода нормативными и ненормативными кризисами. В то время как осознаванию гештальттерапевт обучается в программе, то на дальнейшем самостоятельном профессиональном пути ему встретятся ситуации, которые нельзя предугадать и подготовиться к ним. В этой связи, если сравнить психотерапевта с хорошо отлаженным, точным инструментом, то может ли этот инструмент давать «сбой» в кризисные моменты собственной жизни? Должен ли он остановиться и прервать работу с клиентом или продолжать с поддержкой личного терапевта и супервизора? Это решает только сам психотерапевт, в зависимости от степени разрушающего воздействия происходящей в его жизни трудной ситуации. Если он выбирает второй вариант, то здесь мы можем говорить о терапии терапевта и супервизии терапевта как специфическом виде поддержки.

Поделиться с друзьями:
RSS
Follow by Email
Facebook
Twitter
Pinterest
Pinterest
LinkedIn
Instagram